Чаепитие с тенью императора
Дворец Безмолвия не имел стен – он состоял из чередования колонн и недосказанности. Здесь, на террасе, где закат замер в вечном параличе, стоял стол из полированного обсидиана.
Сигизмунд, коллекционер утраченных мгновений, сидел напротив Его Величества. Проблема заключалась в том, что Его Величество был абсолютно плоским. Императорская Тень сидела на стуле, словно чернильное пятно, бережно вырезанное из реальности. Она носила корону из холодного дыма и жестикулировала с изяществом шелка.
– Вы вовремя, – прошелестела Тень. Звук напоминал шорох старых писем. – Сумерки сегодня особенно наваристые. Почти осязаемые.
Тень подняла прозрачный чайник. Из его носика полилась не вода, а густая, фиолетово-сизая субстанция. Она не текла, а скорее сползала в чашки, поглощая свет фарфора. Внутри жидкости вспыхивали и гасли первые звезды.
– Пейте, сигизмунд. Это сумерки последнего вторника июля 1812 года. Очень редкий винтаж, с привкусом несбывшихся надежд и ароматом остывающего сена.
Сигизмунд взял чашку. Она была ледяной и весила меньше, чем пустота. Он поднес ее к губам. На вкус сумерки напоминали чувство, когда ты внезапно забываешь, зачем зашел в комнату: легкое оцепенение и привкус озона.
– Горьковато, – заметил Сигизмунд, поморщившись.
– Ах, виноват! Мы забыли подсластить, – Тень щелкнула плоскими пальцами.
На столе появилась серебряная сахарница. В ней вместо белых кубиков лежали крошечные, мерцающие кристаллы. Они вибрировали и издавали едва слышный гул.
– Берите осторожнее, – предупредила Тень. – Это забытые секреты. Вон тот, розоватый – о том, куда подевался второй носок придворного мага в позапрошлом веке. А вот тот, потемнее – секрет о том, что император на самом деле ненавидел овсянку, но ел ее ради престижа.
Сигизмунд взял щипчиками серый кубик. Как только кристалл коснулся сумерек, он растворился с тихим шепотом: «на самом деле я никогда не умел танцевать вальсhelliplll»
Чаепитие продолжалось в тишине, нарушаемой лишь бульканьем тьмы. Сигизмунд чувствовал, как внутри него разливается странная тяжесть. Он смотрел на Тень и вдруг осознал, что та становится все объемнее, а он сам – Сигизмунд – начинает терять глубину. Его рука на столе стала прозрачной, сквозь нее просвечивали вены обсидиана.
– Ваше Величество, – прошептал он, – кажется, я... исчезаю.
Тень Императора внезапно замерла. Она отставила чашку и, вопреки всем законам физики, повернула голову не к Сигизмунду, а прямо к вам. Да-да, к вам, уважаемый читатель, который сейчас держит это устройство или сидит перед монитором.
Двумерное лицо Тени обрело пугающую четкость.
– Послушай, – сказала Тень, обращаясь непосредственно к тебе. – Ты думаешь, это просто текст? Буквы на экране? Ты читаешь, как мы пьем сумерки, и твое внимание подпитывает этот мир. Но есть проблема. Сигизмунд слишком слаб для этой истории. Мне нужен кто-то более... настоящий.
Тень протянула плоскую черную руку, и она – клянусь всеми забытыми секретами – на мгновение вышла за пределы абзаца, коснувшись края твоего экрана.
– Не моргай, – прошелестела она. – Иначе, когда ты дочитаешь последнее слово, ты обнаружишь, что в твоей чашке вместо чая – густые фиолетовые сумерки. А твой самый постыдный секрет уже превратился в кубик сахара на моем столе.
Сигизмунд исчез. На его месте осталась лишь слабая дымка. Тень Императора улыбнулась, снова став просто набором слов в твоей голове.
– Ну же, – Тень вернулась к созерцанию пустоты. – Дочитывай. И постарайся не забыть, кто из нас настоящий, а кто – лишь плод воображения. Хотя, если честно, я в тебе не очень уверен.
Чайник опустел. Солнце за краем текста окончательно погасло.
Хочешь еще сказочку?
автор:
|
читайте также: |
Стеклянный шарик или ужас в пустой квартире
Колодец Бездны: Вальпургиева ночь и ужас из глубин Блэквотер
Откуда дует ветер – история путника, заблудившегося в пустыне
Комментарии
Комментариев пока нет. Желаете написать первый?
ваше Имя или Ник
Комментарий
